Лаг-баОмер — совершенно особенный день, резко отличающийся от прочих дней периода счета омера. Лаг — то есть буквы «ламед» и «гимель» — это обозначение цифры «33». Лаг-баОмер — тридцать третий день омера, 18 ияра. Предание говорит, что в этот день прекратилась эпидемия, унесшая жизни учеников раби Акивы.

По этой причине Лаг-баОмер несет на себе некоторый оттенок праздничности: в этот день можно стричься и бриться, можно устраивать свадьбы и веселиться, в молитвах этого дня не говорят «Таханун».

Сефардские евреи считают, однако, что в Лаг-баОмер та ужасная эпидемия все-таки унесла еще некоторое количество жертв, и поэтому не стригутся до начала следующего дня, 34-го дня омера.

А у ашкеназских евреев принято считать, что Лаг-баОмер был только короткой передышкой, которую дала та эпидемия, после чего она возобновилась с новой силой, продолжая уносить жизни учеников раби Акивы вплоть до рош-ходеш месяца сиван. Поэтому ашкеназские евреи и после Лаг-баОмера продолжают соблюдать траур — до первого сивана.

Лаг-баОмер — это также годовщина смерти одного из гигантов духа нашего народа, таная раби Шимона бар Йохая (Рашби), который был учеником раби Акивы. Смерть была кульминацией всей его жизни, наивысшим подъемом, и потому Лаг-баОмер именуется также «Гилула дерашби» («днем торжества Рашби») и отмечается весельем, песнями и плясками — и молитвами, обращенными ко Вс-вышнему, молитвами о том, чтобы заслуги этого праведника помогли всему народу Израиля.

Ночь, с которой начинается Лаг-баОмер, — ночь костров. Главный костер зажигают на крыше здания, выстроенного над могилой раби Шимона бар Йохая в местности Мейрон, в Верхней Галилее. Основная причина того, что годовщина смерти раби Шимона бар Йохая отмечается в такой форме, — это предание, приписывающее именно ему авторство книги «Зогар». Раскрывая глубочайшее содержание Торы, эта книга ярким светом освещает мудрость Торы, которая, по словам царя Шломо, сама является источником света: «Мицва — светильник, а Тора — свет». А устами пророка Ирмеягу Сам Вс-вышний говорит: «Ведь таковы Мои слова — они как огонь!»

Принято в этот день привозить в Мейрон детей, которым исполнилось три года — возраст, когда детям впервые стригут волосы. И здесь, на могиле раби Шимона бар Йохая совершают церемонию «Халаке» — стригут ребенку волосы, оставляя пряди волос на висках («пеот»).

Кабалисты объясняют, почему так веселятся именно в день смерти — ведь согласно здравому смыслу, в этот день надлежит печалиться. Недаром есть точка зрения, что 7 адара, день смерти Моше-рабейну, был днем скорби! Но дело в том, что Моше-рабейну плакал в день своей кончины, а раби Шимон бар Йохай веселился. Согласно «Зогару», в этот день он дал последний свой урок ученикам и раскрыл им такие глубины, которых не касался в течение всей своей жизни. Он объяснил: «Я сам свидетельствую о себе, что все дни моей жизни жаждал увидеть этот день!»

Другая причина заключается в том, что вообще день смерти великого человека отмечают не скорбью, а весельем. В наших источниках сохранились сведения, что и день смерти Адама, первого человека на земле, отмечался как праздник.

Есть обычай, согласно которому в Лаг-баОмер дети выходят в поля и леса, вооруженные луками и стрелами. Это не только дань чести воинам Бар-Кохбы. Более глубокий смысл скрывается в этом обычае: радуга (на иврите кешет — слово, которое означает также «лук») — это знак свидетельства о клятве Вс-вышнего, о Его обещании никогда более не наводить на землю потоп.