Лаг-баОмер — совершенно особенный день, резко отличающийся от прочих дней периода счета омера. Лаг — то есть буквы «ламед» и «гимель» — это обозначение цифры «33». Лаг-баОмер — тридцать третий день омера, 18 ияра. Предание говорит, что в этот день прекратилась эпидемия, унесшая жизни учеников раби Акивы.
По
этой причине Лаг-баОмер несет на себе некоторый оттенок праздничности:
в этот день можно стричься и бриться, можно устраивать свадьбы и
веселиться, в молитвах этого дня не говорят «Таханун».
Сефардские
евреи считают, однако, что в Лаг-баОмер та ужасная эпидемия все-таки
унесла еще некоторое количество жертв, и поэтому не стригутся до начала
следующего дня, 34-го дня омера.
А у
ашкеназских евреев принято считать, что Лаг-баОмер был только короткой
передышкой, которую дала та эпидемия, после чего она возобновилась с
новой силой, продолжая уносить жизни учеников раби Акивы вплоть до рош-ходеш месяца сиван. Поэтому ашкеназские евреи и после Лаг-баОмера продолжают соблюдать траур — до первого сивана.
Лаг-баОмер — это также годовщина смерти одного из гигантов духа нашего народа, таная раби Шимона бар Йохая
(Рашби), который был учеником раби Акивы. Смерть была кульминацией всей
его жизни, наивысшим подъемом, и потому Лаг-баОмер именуется также
«Гилула дерашби» («днем торжества Рашби») и отмечается весельем,
песнями и плясками — и молитвами, обращенными ко Вс-вышнему, молитвами
о том, чтобы заслуги этого праведника помогли всему народу Израиля.
Ночь,
с которой начинается Лаг-баОмер, — ночь костров. Главный костер
зажигают на крыше здания, выстроенного над могилой раби Шимона бар
Йохая в местности Мейрон, в Верхней Галилее. Основная причина того, что
годовщина смерти раби Шимона бар Йохая отмечается в такой форме, — это
предание, приписывающее именно ему авторство книги «Зогар». Раскрывая
глубочайшее содержание Торы, эта книга ярким светом освещает мудрость
Торы, которая, по словам царя Шломо, сама является источником света: «Мицва — светильник, а Тора — свет». А устами пророка Ирмеягу Сам Вс-вышний говорит: «Ведь таковы Мои слова — они как огонь!»
Принято
в этот день привозить в Мейрон детей, которым исполнилось три года —
возраст, когда детям впервые стригут волосы. И здесь, на могиле раби
Шимона бар Йохая совершают церемонию «Халаке» — стригут ребенку волосы,
оставляя пряди волос на висках («пеот»).
Кабалисты
объясняют, почему так веселятся именно в день смерти — ведь согласно
здравому смыслу, в этот день надлежит печалиться. Недаром есть точка
зрения, что 7 адара, день смерти Моше-рабейну, был днем скорби! Но дело
в том, что Моше-рабейну плакал в день своей кончины, а раби Шимон бар
Йохай веселился. Согласно «Зогару», в этот день он дал последний свой
урок ученикам и раскрыл им такие глубины, которых не касался в течение
всей своей жизни. Он объяснил: «Я сам свидетельствую о себе, что все
дни моей жизни жаждал увидеть этот день!»
Другая
причина заключается в том, что вообще день смерти великого человека
отмечают не скорбью, а весельем. В наших источниках сохранились
сведения, что и день смерти Адама, первого человека на земле, отмечался
как праздник.
Есть обычай, согласно которому в
Лаг-баОмер дети выходят в поля и леса, вооруженные луками и стрелами.
Это не только дань чести воинам Бар-Кохбы. Более глубокий смысл
скрывается в этом обычае: радуга (на иврите кешет — слово,
которое означает также «лук») — это знак свидетельства о клятве
Вс-вышнего, о Его обещании никогда более не наводить на землю потоп.